ГАРАНТ СЕРВИС 2

Почему у Китая получилось

Реформы – это бесконечный процесс перемен к лучшему

Китайские реформы можно представить как бесконечный процесс перемен. В конце концов, в сознании китайцев время циклично и бесконечно, перемены сменяют друг друга, и невозможно в одну и ту же воду войти дважды. Перемены не всегда могут приводить к прогрессу, но при поступательном, конструктивном развитии и усердном труде страна все равно будет планомерно выходить на новые уровни развития. Сегодняшний Китай – это не только результат реформ мудрого Дэн Сяопина, которые давали уникальный стабильный среднегодовой прирост +9-10% ВВП на протяжении последних тридцати лет…

…Это всего лишь полвека по китайским меркам...

Вступление. Старт. Китайские реформы начались ранее, нежели в 1976-1978 годах. Все зависит от того, какую взять исходную точку для последующего отсчета. Так, в 1976-1978 годах был дан старт реформам и открытости, но они были бы невозможны без предыдущих периодов – «большого скачка» и «культурной революции» (1949-1957 годов и 1957-1976 годов).

Да, результаты реформ Дэн Сяопина беспрецедентны и заслуживают серьезного изучения на предмет заимствования. Однако нужно учитывать и нынешние реалии меняющейся мировой обстановки, когда прежняя модель, позволявшая Китаю столь бурно развиваться, больше уже не работает. В результате, несмотря на ощутимые достижения недавнего прошлого, Китай снова, как и тридцать лет назад, стоит перед необходимостью новых реформ, когда прежняя модель развития уже исчерпана, а для дальнейшего развития страны нужны новые подходы и импульсы. В частности, уже исчерпана прежняя экспортоориентированная модель, обеспечивавшая бум на протяжении последнего тридцатилетия. Не хватает под дальнейший рост ресурсов (в том числе трудовых). В угрожающем состоянии находится экология, что не только негативно скажется на здоровье населения, но и способно создать в стране серьезные продовольственные проблемы.


Дэн Сяопин – отец китайских реформ

В общем, если мы возьмем за основу опыт китайского чуда 1978-2008 годов, то нужно учесть, что эти реформы уже закончились. При этом высветив ряд существенных проблем, для разрешения которых выработан план нынешних реформ, которым посвящена действующая 12-я пятилетка. То есть какую точку отсчета ни возьми, всегда будут поводы как для симпатиков, так и для антипатиков китайского пути развития. (Что, в свою очередь, может говорить только об одном – Китай находится на этапе своего бурного развития, а не ошибается тот, кто ничего не делает.)

С нашей точки зрения, в качестве точки отсчета было бы правильно брать 1949-й – год образования Китайской Народной Республики. Тем более что стратегия, реализующаяся в настоящее время в Китае, была прописана еще тогда, в самом начале рождения этой замечательной страны, в середине ХХ века. Притом, что в последующие годы в нее неоднократно вносились коррективы, адаптированные под меняющееся время и с учетом допущенных ошибок.

Так или иначе, но Поднебесная продолжает идти уверенной поступью к реализации своей Мечты – «китайскому веку» – к 2049 году, когда исполнится первая столетняя годовщина КНР и будут подведены первые итоги модернизационных реформ. Однако очевидно одно: каждый этап реформ выводил Китай на новые уровни со своими достижениями и проблемами. И, в любом случае, китайский опыт реформ заслуживает рассмотрения как пример эффективного государственного строительства, гармоничного экономического развития и поступательного повышения уровня благосостояния населения.


Мао Цзэдун – отец современного государства

Кстати, точкой отсчета отчасти можно взять и Синхайскую революцию 1911 года, когда была повержена ненавистная простому китайскому народу манчжурская династия, правившая до этого более трех веков. Прежде всего, главное значение этой революции состояло в том, что она дала шанс к свободному развитию. Правда, как показал дальнейший ход событий, этот шанс так и не был реализован на практике, а Китай, в конечном итоге, был ввергнут в многолетнюю гражданскую войну и раздробленность, которая усугубилась империалистическими вторжениями и колониализмом. Как следствие, период постимперского освобождения 1911-1949 годов стал временем смуты, разрухи, войн и китайской руины.

Китайское поступательное развитие началось только с 1949 года, после образования Китайской Народной Республики. Во-первых, в этот момент был, наконец, решен вопрос власти и заложены основы для политической стабильности. Победительницей в многолетней смуте оказалась Компартия Китая, так называемая «красная династия». Во-вторых, «красная династия» по факту объединила вокруг себя страну и по-прежнему остается основным стержнем и движущей силой развития современного Китая. (До Синхайской революции такими стержнями были многочисленные императорские династии.)

После того же, как был основательно решен вопрос о власти, конструктивная энергия общества перенаправилась на экономическое развитие. Китайцам надоели бесконечная бедность и безысходность, они всецело сконцентрировались на движении к собственной мечте. Построить свой собственный «золотой миллиард», но при этом без какого-либо поползновения на чужой кусок хлеба, чужие ресурсы. Китайский опыт (пример) основывается исключительно на собственных силах и поисках свободных ниш, без вступления в конфликты с кем бы то ни было. Но главное – в основе китайского опыта лежит банальный человеческий труд: каждодневный, кропотливый, дисциплинированный и усердный, в чем-то даже монотонный, но однозначно дающий результат, а значит – эффективный.


Так Китай начинал…

Впрочем, прежде чем перейти к анализу китайского опыта, нужно отметить стартовые условия. Это позволит глубже осознать результаты реформ и проследить их эффективность.

Во-первых, Китай начал развитие после тяжелой послевоенной разрухи. Нужно учесть, что Вторая мировая для китайцев началась гораздо раньше, чем для европейцев (в 1931 году, после вероломного нападения Японии), и закончилась позднее, чем на европейском фронте боевых действий (2 сентября 1945г., в отличие от Дня Победы в мае).

Во-вторых, Китай начал развитие после затяжной гражданской смуты, когда у китайцев длительное время не было единых лидеров, политических сил, программ действий, а была практически полная дезориентированность простого населения, уставшего от бесконечных затяжных социально-экономических проблем.

В-третьих, Китай в процессе своего развития планомерно нащупывал свой собственный путь, основывающийся на пресловутой «китайской специфике», методом проб и ошибок. И, естественно, помимо поступательного развития, каждый раз возникали задачи исправить допущенные ошибки. Так, в 1978 году перед стартом реформ Дэн Сяопина нужно было исправить ошибки «большого скачка», «культурной революции», чрезмерно зарегулированной плановой экономики и т.д. И сейчас, кстати, тоже стоит задача дальнейшей либерализации – в экономике, более качественных преобразований – в социальной сфере и трансформации модели экономического роста вообще.

В конечном итоге,
не будем также забывать, что Китай – несмотря на его достижения и некоторый рост влияния на международной арене – по-прежнему является развивающейся страной и все еще не прошел через стадию полной модернизации экономики. Однако Китай – не просто развивающийся, а лидер развивающегося мира. И это, к слову, еще одна черта китайского волевого характера – стремление всегда и во всем быть первыми.


…Так он сейчас продолжает. Автомобильный завод на острове Хайнань

При реформировании всегда нужно брать в качестве примера наилучшие образцы зарубежного опыта, доказавшие свою эффективность на практике, а не просто красивые проекты, сдобренные иностранными грантами. Кроме того, важно помнить: реформы проводятся не для статистических макропоказателей (ВВП, промпроизводство, обуздание инфляции и т.д., и т.п.), а, прежде всего, ради качественного уровня реального благосостояния граждан.

Другими словами, при выборе зарубежного примера реформирования важно учитывать, как быстро растут в стране реальные зарплаты и пенсии. Как высоко по пирамиде потребностей продвинулся простой потребитель. Что вообще потребитель может позволить себе на свою зарплату. Только ли расходы на питание и коммунальные услуги, или потребитель способен свободно купить машину, совершать заграничные поездки. Насколько потребитель при совершении дорогих покупок способен обходиться без банковского кредита. И не менее важно, что ждет работника в старости, по истечении его трудового стажа. А также то, насколько он может защитить свое здоровье в случае какой-либо болезни.

Кроме того, при выборе страны в качестве примера реформ нужно также обращать внимание на роль и авторитет государства в окружающем мире. В частности, на уровень привлекательности страны для граждан: как много людей едут в эту страну? Сколько из них хотели бы там остаться на ПМЖ? Какие впечатления эта страна вызывает у тех, кто ее посещает?

Безусловно, каждая страна достойна быть примером в зависимости от конкретных критериев. Однако, равняясь на лучшие образцы, мы вынуждены более тщательно подходить к подобному отбору.

С моей точки зрения, наиболее оптимальным примером для реформ является Китай. Эта страна способна влюбить в себя с первого взгляда. И без преувеличения можно сказать: тот, кто хоть раз влюбился в Китай – не разлюбит его никогда.


Город Санья на Хайнани. Красиво…

Китай обладает уникальной способностью очаровывать с первого взгляда. Он впечатляет всем. И бурным ростом ВВП, и очень доступными ценами, и товарным изобилием, и большим скачком, который страна сделала всего лишь в пределах одного поколения. В том числе, скачком – от тяжелой послевоенной разрухи 40-х годов, опустившей страну в период феодализма, до статуса второй крупнейшей экономики мира. А также скачком – от страны велосипедистов до страны, испытывающий наибольший автомобильный бум.
В Китае есть ВСЕ: и богатые, и бедные. Созданы благоприятные условия для людей труда (простых работников), а также благоприятный инвестклимат для занятия бизнесом, помогающий переживать кризис многим американским фирмам (например). В Китае растут зарплаты, открываются новые рабочие места, растут возможности. Сегодня китайцы в своей пирамиде потребностей вышли на уровень свободы зарубежных поездок, до этого преодолев уровень насыщения автомобильного спроса.

Однако, в чем же секрет этого китайского чуда? Почему у Китая получилось? В этой части цикла статей мы сконцентрируем внимание на основных, базовых предпосылках китайского чуда.

1. Главное условие реформ – национальная консолидация. В Украине, например, когда говорят о "национальной консолидации", почему-то все сводят к тупиковому дуализму: либо за русский язык, либо за украинскую мову. Дескать, раз призываешь к "нацконсолидации" – значит, "мовнюк" и враг всех русских граждан. Но такая постановка вопроса глубоко ущербна. Ибо главное в национальной консолидации – вовсе не этнические цели, а то, чтобы каждый гражданин независимо от своей национальности мог чувствовать свою сопричастность к судьбе своего государства. Каждый гражданин должен ощущать и видеть конкретные результаты своего труда. В частности, то, как по мере его труда растет и его личный, семейный достаток, и общее благосостояние родного государства. Если же такой сопричастности в стране нет – значит, в ней возникают проблемы. В том числе, и с производительностью труда. Ибо какая мотивация работнику работать, если уровень его благосостояния ничтожно мал и едва покрывает прожиточный минимум?


Китай – великая стройка везде

Так, если государство богатеет быстрее граждан – в нем растут ультранационалистические, нездоровые настроения. Если же в государстве богатеют отдельные граждане на фоне всеобщего упадка – значит, растет протестная активность, которая в любой момент приобретет нездоровые очертания.

Вывод по первому пункту заключается в том, что если мы хотим построить эффективную страну – нам необходимо национальное (народное) единство, сплочение всех сограждан в единое сообщество. Например, ради достижения одной, большой и светлой Мечты – жить в свободной, развитой стране с достойным уровнем социальных стандартов.

2. Второе условие реформ – политическая стабильность. Невозможно выстраивать стратегию преобразований в условиях перманентных выборов, чередующихся через каждые 2-3 года, как это недавно переживала Украина. Каждые выборы – это нестабильность. А в условиях несформированности и несовершенства демократических устоев, каждые выборы таят в себе угрозы социальной стабильности, подмывая фундаментальные основы. Как следствие, вместо того чтобы идти вперед, мы стоим на одном месте, попусту талдыча про Конституцию, переписывая ее от случая к случаю.

Политическая стабильность – это гарантия экономической стабильности и благоприятного инвестиционного климата. Деньги, как говорится, любят тишину.

3. Преемственность власти. Говоря о политической стабильности, не нужно не путать ее с «диктатурой» или с безвыборной властью. В демократической стране, где выборы власти – неотъемлемое требование развития, для успешности реформ важна преемственность власти.

Реформы – это гораздо более длительный процесс, растянутый больше, чем на одну каденцию каждого отдельно взятого президента (или политической партии).


Китайцы свой красный флаг не меняют…

Выборы приходят и уходят, но страна должна постоянно двигаться вперед. Вместо того, чтобы стоять на месте. Для этого опять же важен принцип сопричастности, общей ответственности за судьбу страны у всех политических сил. Вместо того, чтобы каждый раз после выборов обхаивать предшественников, новая власть должна придерживаться стратегического курса «Вперед!». Разумеется, добавляя в процесс реформ свои собственные идеологические предпочтение и схемы.

Китай шел к своему нынешнему благосостоянию через несколько реформ. На одном этапе стояла цель выхода из колониализма и феодальной отсталости, на другом этапе был переход к ускоренной модернизации, и сейчас Китай тоже стоит перед еще одним этапом реформ – перед трансформацией экономического развития, наполнением достигнутой экономической мощи конкретным социальным содержанием.

Будут также и другие реформы и новые планки, стоящие перед ними. Но при этом сохранится главное – преемственность однажды взятого курса на построение Синьхуа (Нового Китая), в котором будет обеспечено гармоничное общество с высокоразвитой материальной, духовной и политической культурой.

4. Национальная специфика и национальные интересы. В основе реформ всегда должны быть национальная специфика и национальные интересы. Китай в процессе реформ всегда действовал по знаменитому принципу: «Неважно, какого цвета кошка, главное, чтобы она умела ловить крыс». Что, кстати, позволяет одним видеть в Китае успех «социалистической модернизации», а другим – успех «построения государственного капитализма». Однако, как видим, в обоих вариантах объединяющим выступает слово «успех».

Хотя, по большому счету, при анализе китайских реалий нужно избегать приевшихся западных штампов. Ибо в Китае есть ВСЕ: и социализм, и капитализм, и демократия, и авторитаризм – не ошибетесь, если продолжите данный перечень. Не забывайте только при этом все умножать на пресловутую «китайскую специфику».


Чужие модели и одновременно китайские

Китайцы склонны копировать в свою страну все лучшее, что им понравится. Они в этом подобны трудолюбивым пчелкам, которые тянут в свои ульи нектар будь-то из целебных трав, будь-то падиевый мед из гниющих фруктов и овощей. Но самый главный критерий такого «медосбора» – польза реформ для каждого простого китайца и для страны в целом.

Однако при всех подобных заимствованиях и копированиях китайцы никогда не забывали о своей национальной специфике. Так и получилось на практике: сначала китаизировали «социализм», потом – «демократию», а сейчас – по мере реформ открытости китаизируют и «глобализацию».

К слову, китайцы, вступая в любые организации, руководствуются только своими интересами. Как, например, при вступлении в ВТО, куда они были приняты без статуса "рыночной экономики". И, действительно, какой смысл вступать в союз или организацию, если это идет в ущерб национальным интересам? Это особенно полезно учесть Украине, которая периодически впадает в разные крайности.

5. Поэтапность реформ. В некоторых европейских странах есть какая-то нездоровая мода на "шоковую терапию". Почему-то считается, чем быстрее делаются реформы – тем выше их качество.

Правда, опыт тех держав, которые прошли через шок, свидетельствует совсем не об успехах. Вспомните, например, шок "лихих 90-х" в России. Или вспомните шок Польши времен Лешека Бальцеровича. Но самый наглядный пример – разруха, в которой пребывает современная Грузия, до сих пор находящаяся в состоянии перманентного шока, периодически перетекающего в хроническую депрессию.


Все начинали поэтапно и продолжали постепенно…

Очевидно, что те, кто призывают к «шоковой терапии», просто не знают меткого совета архитектора китайских реформ Дэн Сяопина: «Реку переходить вброд следует осторожно, нащупывая ногами камни на дне».

6. Огромное трудолюбие как основное условие успешности любых реформ. Китайцы по своему менталитету – не либералы. Со стороны они могут даже показаться "коллективистами". Но на самом деле, успех каждого китайца – в его самостоятельном старательном, настойчивом труде. Каждый китаец имеет свою Мечту, к которой идет самостоятельно с опорой только на собственные ресурсы, без посторонней помощи. Так воспитываются воля, усердие, усидчивость. В конечном итоге, все это является составными секрета китайского трудолюбия.

Каждодневный, кропотливый и изнуряющий труд каждого китайца, помноженный на общую численность населения страны, в конечном итоге, дает общий успех всего Китайского государства, которым сейчас восторгается каждый из нас.

Терпение и Труд все перетрут: казалось бы, все так просто, но почему-то получается только у китайцев…

7. Наличие единого центра реформ.
Для Китая таким центром, стержневой силой является Компартия. Безусловно, западным обывателем КПК воспринимается как нечто тоталитарное, непременно основывающееся на «диктатуре». Однако, в действительности, нужно учитывать специфику китайского «коммунизма».


Красными в Китае никого не напугаешь…

Во-первых, КПК – это всего лишь правящая партия. Но при этом также учтите, что в Китае уже нет госмонополии на идеологию. Правящая партия одна, но идеологическое многообразие реально существует. Это последствие того, что Дэн Сяопин называл «раскрепощением сознания».

Во-вторых, КПК официально строит отнюдь не «коммунизм», а «социализм». Но важно подчеркнуть – с «китайской спецификой». Те, кто побывают в Китае, смогут в этом убедиться – китайского там много. Социализм тоже размыт в китайской специфике.

В-третьих, «коммунизм» для Китая изначально носил не классовый характер (как в СССР), а фактор национального освобождения, преодоления последствий колониализма. С тех пор Китай уже давно «колониально освободился», а сейчас вообще на этапе становления в качестве влиятельного «полюса» мироустройства.

Так что, как видим, в современном Китае КПК играет важную руководящую роль в процессе осуществления реформ. При проведении реформ центр влияния в любом случае должен быть. В Китае эту роль выполняет КПК. На Украине – президент, при котором однажды был создан Комитет реформ.

8. Реальная экономика. Китай сделал ставку на развитие реального сектора экономики, развитие производственного капитала. Вместо ставки на банковских спекулянтов и просто жуликов, а также раздувания пузырей в секторе услуг, печатании необеспеченных денег и накачивании экономики легкими кредитными деньгами. Отсюда и экономическая мощь Китая реальна, не абстрактна и не виртуальна. В то время как, например, мощь Америки в немалой степени основывается на «виртуальных деньгах», а также искусственно завышенных экономических показателях.


В КНР создают свою промышленность, чтобы было все свое…

Еще одна китайская ставка – стимулирование развития науки и инноваций. Китайцы прекрасно понимают, что если в экономике работают "мозги" – это будет определяющим фактором качественного роста. Поэтому генеральная китайская линия – стимулирование притока таких инноваций.

Да, есть в Китае и свои проблемы развития. Но проблемы развития не сравнимы с проблемами безысходности и депрессии…

Таким образом, перед нами 8 базовых принципов, без которых невозможны любые реформы. Об этом гласит китайский опыт…

Продолжение следует.

Фото Владимира Скачко

Игорь ШЕВЫРЕВ

Версия для печати