общественно-политический
еженедельник

Про Недопекина и Одессу

Рецензия на одесскую жизнь на бульваре и не только

«Это игра в осторожность, а я ни разу не играл в такую игру./Окруженное небо, и, тем не менее, посметь остаться живым./Среди зараженного логикой мира», – писал Егор Летов… Образов Одессы – ворох. Главный из них – столица хохм и веселухи. А если убрать в сторону навязшие клише? Плоский туристический взгляд зачастую мешает восприятию Одессы, ее воздуха. Не только приезжими. Воздух же этот бывает разным. Задумчивым – зимним утром, хохочущим – летним вечером, плачущим – осенней ночью. В этот город предлагают отправиться писатель Всеволод Непогодин…

...И его «Французский бульвар». Отправиться в город слоистый, с его насыщенностью не только большой историей, но и просто историями.

Путь к читателю был недолог. Автор спешил. Сообщал заранее на своей странице в «Фейсбуке», что вот-вот изготовит, испечет, ждите. Покидал автор в кастрюлю разного. Замесил, бросил в печь. Готово вроде. Вышел недопек. И что же дальше? А дальше известно – можно в ведро, а можно на стол подать. Творец плюхнул на стол – ешьте!

Есть горячее тесто, да еще непропеченное, вредно. Но бывает вкусно. «Французский бульвар» Непогодина – тот самый случай. «Ну как вам?», – спрашивает автор. Кто-то, едва распробовав, скривился, выплюнул. А кто-то ест, не воротит нос – понравилось, добавки просит. Изделие вышло сикось-накось – там сырое, здесь изюм перегоревший торчит. В виде, например, нарочито отвратного описания эротических сцен. Хочется сковырнуть. А пирог-то все равно вкусным вышел. Да, недопек здесь, пережарил там, но еда получилась настоящая. Не синтепоновая продукция, которой перекормлены потребители модной книжки и кино со стаканчиком. Живо потому что.


Предмет спора. Не хочется, а тянет…

Неизящные, зато теплые, дышащие наброски об Одессе, о Французском бульваре, о себе, конечно. Перед нами – не литературный вымысел, а письменное свидетельство похождений нетипичного жителя района типовой застройки, страстно любящего легендарный Французский бульвар. Фамилия главного героя – Недопекин. «Трудных жизненных исканий» в книге нет. Вообще никаких исканий. Кроме поиска и периодических обнаружений незамысловатых приключений и Лары, в которую вроде как влюблен герой. Поиск, правда, совмещен с тщательным осмотром зданий, арок, дворов Одессы – Недопекин вообще отлично освоил городское пространство.

При этом болтает его не только по Одессе, но и по жизни – без руля, без ветрил. Но как только вы думаете, что сделали верное заключение – тут же ситуация вывернется наизнанку. Как в жизни – такая себе путаная хроника событий. Колкий, моментами злобный даже, переросток Недопекин, не стесняется своей язвительностью делать больно всем, кого встретит – не важно где – на улице, в налоговой конторе, в Интернете. Но он и сам готов принимать боль, страдание.

Кажется, что издевательское, ухмылочное отношение ко всему на свете и составляет его образ жизни. Но нет, порой это по-настоящему мятежная душа, человек, который принципиально не хочет лицедействовать, притворяться ни на миг. Особенно в липком мире мажоров и снобов всех мастей – мире, где финансовое благополучие культивируется как истинная свобода. В какой-то момент кажется, что допечь его, и станет Недопекин по-настоящему взрывать не только фальшивую, надменную культуру воспевания клубов, шмоток, тачек, липовых занятий, «актуальных» галерей и ресторанов. Но и сами тачки, галереи, клубы.


Одесса ко многому обязывает…

Но снова неувязка – именно в этом мире сегодня Недопекину как раз и легко. Ему нравится наблюдать за ним. Он все называет своими именами и получает явное удовольствие, живописуя общество заводных гламурных человечков. Вот, например, о тех из них, кто притворяется живущими полнокровной творческой жизнью: «Корпящим над расстановкой белоснежных унитазов и журчащих биде в программах «Autocad» и «3D max» кажется, что они заняты делом общенациональной важности, без выполнения которого решительно невозможно поступательное развитие человечества во вселенских масштабах... Один реализованный проект ватерклозета, и художественная неумеха гордо начинает презентовать себя всем окружающим как архитектора». Смешно, что сам Недопекин учился на экономиста. Но ожидаемо не стал протискиваться в плотные ряды манагеров.

Лара, в которую влюблен наш герой, пока умело балансирует между холодной сдержанностью и продуманной чудаковатостью модного образа «фотохудожницы-архитектора-дизайнера». Любви к Ларе, о которой выкрикивает Недопекин то самой Ларе, то старшему товарищу Арсу, то просто любимому бульвару, на самом деле нет. Ему просто охота полакомиться отношениями с Ларой. Ларе же пока хочется лакомиться лишь чем-то бесконечно утонченным, например, в Милане...

Интернет, телевидение, информационное поле вообще нацелены сегодня в основном на то, чтобы человек как можно быстрее забыл о замшелой нравственности. Недопекин же, как ни удивительно, о ней не забывает. Вроде отвергая ее, нравственность, на самом деле к ней и продирается. Как умеет. Он злой, но не циничный – настоящее доброе, сердечное упрямо в нем просвечивает. И доброта эта не сентиментально-словесная, не напоказ. И грубости, местами натурально подростковой, ее не скрыть.


Любовь – это всегда чуть-чуть мечта…

…В сегодняшней литературной Одессе Всеволод Непогодин стал единственным, кто поймал в свой фокус то, что называют подлинным духом времени. А из его «Французского бульвара» можно вытянуть три отдельных добротных текста: это и занимательное краеведение (несмотря на десятки путеводителей по Одессе, даже для одесситов радость узнавания гарантирована), и пара сценариев к фильмам – художественному и документальному (чему-то вроде социально-сатирической зарисовки). «Французский бульвар» написан без оглядки. Нет, конечно, автор оглядывался на классиков – скорее, на современных. И у текста Лимонный привкус. Но, ведь, не кисляк откровенного плагиата. Появилось немало читательских откликов – значит, не зря автор трудился, и объяснять ему ничего не нужно – отчего, мол, тут чрезмерность, а там недостаточность...

…Порой кажется, похождения злюки Недопекина словно и придуманы для того, чтобы мучить и Лару, и читателя-сноба. Но Недопекин еще откроет Ларе нечто неожиданное. Когда-нибудь – в другой книжке. Как и сама жизнь опровергнет все выверенные построения, и непрочная конструкция образа снежной «архитекторши» рассыплется. Как сползет и ухмылка с лица Недопекина. Они полюбят. Не важно, друг друга или нет. Но полюбят. Тратя себя на всю катушку, не задумываясь – с отказом от своих претензий, капризов в пользу того, кто будет рядом. Пока же пути-дорожки героев расходятся радикально. И Недопекин снова и снова то стремительно пересекает Французский бульвар, то бредет к нему – своему «верному другу и надежному товарищу»…

Жанна ХРОМЕНКОВА (Одесса)




Электронная версия общественно-политического еженедельника «Киевский ТелеграфЪ»
При полном и частичном использовании материалов, ссылка на «Киевский ТелеграфЪ» обязательна.