ГАРАНТ СЕРВИС

ШОС: путь через десятилетия

«Шанхайцы» могут сотрудничать пока только в экономике и культуре

Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), отметившая свое десятилетие, с уверенностью строит планы на следующую «десятилетку». ШОС даже имеет реальный потенциал к серьезным геополитическим сдвигам: заложить фундамент многополярного мира, запустить евразийский «Шелковый путь» и покончить с долларом как средством платежей в Евразии, перейдя к валютной многополярности. Дальнейшие перспективы ШОС во многом будут зависеть от воли ее постсоветских участников. С учетом того, что Китай во внешней политике традиционно делает ставку на двусторонние связи.

И за истекшее десятилетие добился в этом немалых успехов. А каждая из стран СНГ должна выбрать – или идти по пути прозападной либерализации со всеми вытекающими последствиями, или же следовать путем свободного развития, национального прагматизма при надежной поддержке Китая.

Специфика ШОС. Говоря о ШОС, отметим несколько специфических нюансов, подчеркивающих ее привлекательность и большой потенциал. Во-первых, страны ШОС занимают 3/5 территории Евразии, обладают огромными запасами природных ресурсов (в недрах – практически вся таблица Менделеева во всем ее изобилии), а значит, полностью способны на самообеспечение. Другое дело, что, помимо природных даров, немаловажную роль играет и инфраструктурное развитие. Кроме того, важна также модернизация, без которой богатые полезными ископаемыми страны рискуют остаться не более чем дешевым сырьевым придатком Запада. Ну, а Западу, в свою очередь, невыгодно инновационное и инфраструктурное развитие стран ШОС, и лучше всего сохранить нынешний статус-кво. Так, в рамках программ экономического сдерживания Запад готов предоставлять кредиты, проценты по которым на практике оказываются даже более обременительными, чем возврат основной суммы долга. В то время как странам ШОС больше нужны передовые инвестиции, а не кредиты.


Собираются как единомышленники?..

Во-вторых, на данный момент, когда страны-участницы ШОС находятся вне контроля Запада, не срабатывают также программы сдерживания. А значит, ШОС в перспективе может составить конкуренцию гегемонии Запада. В этой связи наибольшие проблемы Запада связаны с развитием Китая, который не удалось свалить ни первой волной кризиса, ни проблемами с продовольственной безопасностью. Чтобы сломать складывающиеся тенденции, Запад попытается переформатировать внутренние расклады ШОС, а наиболее оптимальным «рычагом» для этой цели является ЦентрАзия, которую хотят сделать плацдармом для деструктивного влияния как против Китая, так и против России и Ирана.

В-третьих,
ШОС – это торгово-экономическая организация, официально зарегистрированная и международно-признанная. В отличие от объединения БРИКС (БРЮКИ), которое также обладает большим ресурсным потенциалом и находится вне программ сдерживания Запада. Однако, в конце концов, нужно учитывать, что БРИКС – это всего лишь аббревиатура, придуманная аналитиком Goldman Sachs Джиммом О'Нейлом. Тем более что прозападные аналитики в 2010 году придумали новую аббревиатуру – CIVETS (Колумбия–Индонезия–Вьетнам–Египет–Турция–ЮАР).

В-четвертых,
интеграция ШОС распространяясь преимущественно на экономику и сектор безопасности, практически не охватывает политическую сферу. В отличие от Евросоюза, где политическая гармонизация и адаптация являются одними из неотъемлемых условий евроинтеграции.


Важна демонстрация праздника иного мира

Китай и его интерес. Основной китайский интерес в ШОС – это экономика.

Во-первых, ШОС для Пекина стала той «крышей», под которой Китай напрямую вошел в ЦентрАзию, до этого считавшуюся исключительно российской сферой влияния. Так, первым российскую монополию в регионе разорвал китайско-казахстанский нефтепровод «Атырау–Атасу» в 2009 году, а в 2010 году был запущен следующий масштабный проект – китайско-туркменский газопровод. Сейчас же ведется работа над транспортными магистралями с Узбекистаном и Таджикистаном, а также ряд других важных проектов. Таким образом, «крыша» ШОС позволила Китаю укрепить двусторонние отношения с каждой из стран ЦентрАзии. Сейчас эта задача уже выполнена, и интерес к ШОС для Пекина отошел на второй план.

Во-вторых, экономика – главный козырь Китая. Именно Пекин в 2002 году разработал «трехшаговую стратегию»: 1) упростить формальности в торговле; 2) укрепить технико-экономическое сотрудничество и 3) наладить свободный оборот грузов, капитала, технологий и услуг. Китайской экономике такая стратегия выгодна, она явно преобладает не только над каждой из постсоветских экономик по отдельности, но и над остальной «шанхайской пятеркой» вместе взятой. Так, в 2010 году товарооборот Китая с остальными странами ШОС достиг 83,97 млрд. долл., что в 8 раз больше, чем в 2000 году. Наибольший удельный вес в этом показателе составляет торговля с Россией – 55,45 млрд. долл., со странами ЦентрАзии – 28,52 млрд. долл. (в 14,81 раз больше, чем в 2000 году). Всего же за 10 лет Китай вложил в ШОС более 12 млрд. долл. инвестиций. Причем это далеко не весь потенциал торговли. С учетом того, что один из существенных сдерживающих факторов – экономические проблемы стран ЦентрАзии, которые даже при всем желании не смогут купить больше, чем способны себе позволить. В качестве меры реагирования Китай регулярно предпринимает меры по стимулированию импортной способности ШОС. Так, в 2004 году было выдано льготных кредитов на сумму 900 млн. долл., а в кризисные 2008-2010 годы – 10 млрд. долл.


Иллюзия счастья или реалии удовольствия?

В-третьих, культурное сотрудничество – основное средство расширения китайского мягкого влияния в ШОС. Это особенно важно в силу уникальной специфики ШОС, где проживают более 300 национальностей, представлены три мировые религии, а весь регион является мостом между Европой и Азией. Поэтому в рамках многостороннего культурного сотрудничества ШОС был создан механизм регулярных встреч министров культуры.

В-четвертых, борьба против «трех зол» (экстремизм, терроризм и сепаратизм) составляет еще один основной приоритет Китая в ШОС. Прежде всего, Пекин руководствуется соображениями собственной безопасности и работает против проявлений уйгурского сепаратизма. Однако, помимо соображений внутренней безопасности, Китай не меньше заинтересован в поддержании и региональной безопасности в ЦентрАзии, где у него сосредоточен ряд стратегических проектов. Правда, на сей счет подчеркнем: Китай заинтересован именно в антитеррористической стратегии, но никак не в превращении ШОС в некую «антиНАТО» с сопутствующим втягиванием в бессмысленную гонку вооружений. В развитии рассматриваемой линии сотрудничества в 2002 году была создана Региональная антитеррористическая структура ШОС. В 2005 году принята Концепция сотрудничества по борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом. В 2009 году – Конвенция по сотрудничеству против терроризма, а в 2010 году – Резолюция Генассамблеи ООН о сотрудничестве с ШОС по обеспечению безопасности в центральноазиатском регионе. Ко всему на недавнем июньском саммите принята Антинаркотическая стратегия ШОС на 2011-2016 годы.


Китаю важна экономика и торговля

Россия и ее интерес.
Основной интерес России – военно-политический и энергетика. То есть в тех сферах, где Москва уверенно удерживает преимущество.

Во-первых, ШОС – это гарантия национального самосохранения России перед лицом либеральной угрозы. Например, чтоб не зависеть от кабальных западных кредитов, манипулятивных рекомендаций международных институций и сосредоточиться исключительно на внутреннем развитии на основе собственных ресурсов и потенциала. Кроме того, ШОС позволяет не только зафиксировать, но и развить российский производственный потенциал, а в перспективе вывести его на качественно новый инновационный уровень.

Во-вторых, ШОС – это также шанс РФ собрать вокруг себя собственное геополитическое пространство («полюс») и попытаться добиться доминирования на Евразийском континенте. Китай, на этот счет, тоже заинтересован в появлении на своих рубежах дружественного союзника, с которым можно было бы сообща противостоять влиянию Запада.

В-третьих, основной козырь России в ШОС – это военный потенциал. Точно так же, как экономика – китайский козырь в организации. Поэтому вполне понятно стремление Москвы сделать из ШОС «антиНАТО» – в таком союзе однозначно доминировала бы Россия. А военный блок с Китаем (и Индией) мог бы стать реальной альтернативой НАТО. В отличие от сегодняшней ситуации с опорой исключительно на силы пророссийского ОДКБ.

В-четвертых, в качестве баланса огромному экономическому влиянию Китая Россия заинтересована в приеме новых членов в организацию. Союз Россия–Китай–Индия (+Пакистан) поставил бы в сложное положение евроатлантический альянс США–ЕС–Турция–Израиль. Что касается сценария вступления Ирана в ШОС, это помогло бы Москве реализовать идею «газовой ОПЕК» для упрочения своих позиций на мировом энергорынке.


Россию приход такого китайского праздника на свою территорию пугает…

ЦентрАзия и ее интерес. Основной интерес стран ЦентрАзии – диверсификация. Во-первых, ШОС для центральноазиатских «тигров» – это надежная точка опоры перед натиском либерального Запада, шанс сохранить национальную свободу, рынок и ресурсы. С одной стороны, это сохранение евразийских связей с Россией. С другой стороны, подстраховка со стороны Китая.

Во-вторых, ШОС – это дополнительная «площадка» для укрепления евразийских связей (помимо двустороннего сотрудничества с Россией).

В-третьих, ШОС – возможность напрямую установить отношения с Китаем и таким образом диверсифицировать зависимость от России.

В-четвертых, ШОС – это гарантия безопасности от растущей угрозы терроризма и наркотрафика. Ибо очевидно, что в одиночку странам региона с данными вызовами справиться было бы очень сложно.

Союз Дракона и Медведя. Китай и Россия в ШОС взаимодополняют друг друга. Обе страны являются сторонниками концепции многополярного мироустройства. Россия стремится возродить и развить свое влияние в Евразии. Китай, в свою очередь, стремится доминировать в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

В реализации этих стратегий и Китай, и Россия сталкиваются с противодействием Запада, который, наоборот, заинтересован в разрыве евразийских связей. Например, чтобы заблокировать создание Евразийского союза, Вашингтон вцепился в ГУАМ – ключевые страны постсоветского пространства, а чтобы взорвать ЦентрАзию, американцы вплотную занялись Узбекистаном.


США может прилететь в ЦентрАзию только на самолетах. Пока?..

Что касается Китая, то, выйдя на новые геополитические рубежи в качестве второй экономики мира, Пекин не заинтересован в прямом противостоянии один на один с Западом и нуждается в надежном союзнике, который исполнял бы роль громоотвода. Будь то сильная Россия, Евразийский союз или какой-либо иной масштабный союз.

Таким образом, для России китайская поддержка – это помощь возродить свое былое геополитическое влияние. В свою очередь, для Китая российская поддержка – это помощь не сорваться с достигнутых геополитических вершин.

США и их интерес.
Понятно, что богатый потенциал и серьезные перспективы ШОС не могли не вызвать интерес у США. Тем более что речь идет об основных геополитических соперниках Америки. Поэтому еще в период президентства Джорджа Буша-младшего Вашингтон выражал стремление войти в организацию в том или ином статусе. И сейчас тоже, основательно занявшись сценариями переформатирования ЦентрАзии, Администрация Обамы вновь выразила интерес к получению хотя бы статуса наблюдателя ШОС.

Правда, на практике это изначально несбыточная идея. В конце концов, не для того страны ШОС объединялись, чтобы впускать в свои ряды тех, кто хочет разрушить их дружный союз и, тем самым, нивелировать уже начатые совместные проекты.


дивлять новшеством – это по-китайски…

Впрочем, вряд ли для США от неприсоединения к ШОС будет большая трагедия. Ибо, не присоединившись напрямую, Вашингтон вполне может помочь вступить в организацию своих друзей. Тем более что при таком раскладе гораздо больше выгоды, чем раскрываться перед геополитическими соперниками напрямую.

Прежде всего, среди таких друзей в интересах США полноправное членство Индии. Во-первых, членство Индии размоет влияние Китая в организации. Сейчас в ней два тяжеловеса, а может быть – в два раза больше. Вступление в ШОС Индии невозможно без одновременного вступления Пакистана. Точно таким образом тандем Дели–Исламабад стал наблюдателем в ШОС. Однако принятие тандема в полноправные члены имело бы почти такой же эффект, как и чрезмерное расширение ЕС в 2004-2005 годах. ШОС тоже было бы очень трудно переварить индо-пакистанское расширение.

Во-вторых, Индия имеет некоторый экономический потенциал, способный составить конкуренцию китайской экономике. Другой вопрос, что даже выход на нынешний китайский уровень для Нью-Дели – это довольно длительная и неопределенная перспектива (тем более, с учетом того, что китайцы свое лидерство уступать не намерены). Так, Китаю Америка уже предлагала создать G-2. В то время как для Индии потолок «большой двойки» – только с Канадой, но никак не со США.

США вслепую используют Индию, а главная цель – выиграть время для сдерживания Китая. Если получится – потом с Индией будет справиться проще. Хотя больше вероятности, что в случае конфликта ни один из «азиатских тигров» победителем не стал бы, зато все бы измотались. Но, как минимум, при сохранении нынешней динамики Индия может составить конкуренцию за ресурсы (в ЦентрАзии, Южной Азии, АСЕАН, Африке).

Таким образом, лавируя между обоими «тиграми», американцы делают тактическую ставку на более слабого. Но если уж говорить о ставках, то здесь нужно, прежде всего, сказать о Турции, являющейся верной натовской союзницей Вашингтона. В середине октября этого года Анкара подала заявку на получение статуса партнера в ШОС.


В поток ШОС просятся новые участники…

Присоединение Турции к ШОС в статусе партнера не только даст ей возможность личного присутствия на заседаниях организации, но и доступ к некоторой секретной документации организации. Следует отметить, что Турция привнесет с собой в ШОС укрепление исламского фактора. Причем не без конфликтов: Турция претендует на регион, который Китай, Россия и Индия считают своим. К тому же в ШОС уже присутствует Иран (в качестве наблюдателя), а статус партнера – немного выше. И с учетом того, что между Ираном и Турцией исторически существует соперничество, периодически переходящее в конфликты.

Таким образом, основной интерес США в отношении к ШОС – не только размыть в ней влияние традиционных центров влияния (Китая и России), вплотную подлезть под Китай, но и попытаться взорвать организацию изнутри через исламский фактор (Иран, Турция, Пакистан), где главным детонатором будет Турция.

Итак, сделаем выводы:

1. Присоединение новых членов к ШОС по-прежнему маловероятно. Так, ранее не сложилось членство у Ирана (в 2007 и 2008 годах), а также у Пакистана (в 2006 году). Кстати, Индия могла бы вспомнить об этом пакистанском опыте прежде, чем подавать собственную заявку. Без Пакистана у Дели перспектив вступления в ШОС нет. Если уж на то пошло, то наибольшие шансы попасть в волну расширения ШОС имеет Монголия, по которой хотя бы теоретически могут найти консенсус Китай и Россия. Однако на данный момент главный интерес ШОС сосредоточен на Афганистане. Здесь доминируют интересы самосохранения, безопасности. Так, в июне 2011года Кабул уже подал заявку на то, чтобы стать наблюдателем ШОС. Не исключено, что на следующем саммите, в июне 2012 года, эта заявка будет удовлетворена. И, кстати, в этом могла бы найти себя Индия, которая рассматривает Афганистан в качестве моста между регионами Южной и Центральной Азии.

2. Экономическое сотрудничество по-прежнему остается основным приоритетом в развитии ШОС. Китай и национальные элиты ШОС, прежде всего, не заинтересованы в превращении постсоветского пространства в полигон либерализации и демократизации. Но и становления ШОС в качестве «антиНАТО» с втягиванием в «гонку вооружений» тоже не будет. Максимум – укрепление антитеррористического сотрудничества.

3. США в противодействии стратегиям ШОС стремятся, с одной стороны, попытаться размыть консенсус внутри организации за счет принятия новых членов и, с другой стороны, взорвать организацию изнутри, используя исламский фактор через турецкий детонатор.


ШОС не стрижет всех под одну гребенку…

4. Китай основную ставку делает на развитие двусторонних отношений: как с Россией, так и с каждой страной ЦентрАзии по отдельности. Пекин готов всем своим постсоветским партнерам помочь в проведении реформ. Однако Китай вряд ли будет помогать тем, кто станет орудием влияния Запада, которое в конечном итоге будет направлено против Пекина. Яркий пример – бакиевский Киргизстан, откуда китайцы заблаговременно вывели все свои активы перед тем, как страна впала в затяжную «тюльпановую» смуту.

5. Наиболее оптимальные перспективы ШОС возможны только в одном случае: если страны-участницы организации сосредоточатся на внутренних реформах, основывающихся на реальной альтернативе прозападному курсу либерализации и демократизации. В противном случае, ШОС останется как российская организация, а Китай к ней потеряет всякий интерес. Но без подкрепления реальной китайской экономической мощью ШОС превратилась бы в пустую декорацию…

Фото Ольги Танасийчук

Игорь ШЕВЫРЕВ

Версия для печати



Счетчики