ГАРАНТ СЕРВИС

Петр Нестеров – прерванный полет

Автора первого воздушного тарана похоронили необутым

Имя русского летчика Петра Нестерова стало легендарным еще при жизни. Она была такой же красивой и недолгой, как жизни многих выдающихся авиаторов начала эры покорения неба, и оборвалась во время воздушного боя, когда летчику было всего 27 лет. Петр Нестеров родился 15 (27) февраля 1887 года в Нижнем Новгороде в семье штабс-капитана Николая Нестерова – офицера-воспитателя Нижегородского кадетского корпуса. Через два года после рождения Петра 27-летний отец умер, оставив вдовой Маргариту Викторовну и сиротами четырех детей…

…Семья едва ли не нуждалась: годовая пенсия в 600 рублей обеспечивала только весьма скромное существование, а единственным оставленным отцом наследством был сундук с книгами на военную тематику. Нестеров выбирает военную карьеру и 26 августа 1897 года поступает в Нижегородский кадетский корпус, где хорошо помнили его отца.

Петр растет весьма одаренным ребенком с самыми разнообразными интересами – играет на мандолине, поет, неплохо рисует, имеет успехи в математике, физике, увлекается спортом. О нем вспоминали как о смелом и отзывчивом товарище, человеке с тонкой лирической душой, обостренным чувством прекрасного. Примечательно, что музыкальные способности Петра были оценены по достоинству и специалистами – композитор Александр Глазунов, услышав однажды Нестерова, участвовавшего в концерте, настойчиво убеждал его поступить в консерваторию…

Как и было принято в кадетской среде, Петр много читает. В выписке из аттестационного журнала за 1903-1904 год имеется очень лестная характеристика для 16-летнего кадета: "Кадет 7 класса Нестеров... обладает острым умом, любит математику, физику, черчение. Чрезвычайно настойчив в принятых решениях, проявляет характер, полностью унаследованный им от покойного отца... Кадет Петр Нестеров – идеальный тип будущего офицера с ярко выраженными моральными качествами и храбростью, могущего увлечь за собой своих подчиненных в бою".

В 1904 году Петр Нестеров окончил кадетский корпус по 1-му разряду и был направлен для продолжения учебы в Михайловское артиллерийское училище, расположенное в Санкт-Петербурге. После блестяще сданных экзаменов приказ по Михайловскому артиллерийскому училищу от 9 ноября 1906 года гласил: «...Высочайшим приказом от 29 октября 1906 г. портупей-юнкер Нестеров Петр произведен в подпоручики со старшинством… и назначается во Владивосток в 9-ю Восточно-Сибирскую стрелковую артиллерийскую бригаду». 


Бравый летчик Петр Нестеров

Очень быстро подпоручик Нестеров становится одним из самых заметных офицеров 2-й батареи и занимает первые места на практической стрельбе. Но случай резко повернул его судьбу. Внимание Петра Николаевича привлек аэростат, находившийся во Владивостокской крепостной воздухоплавательной роте. Познакомившись с офицерами роты, он высказал мысль о применении аэростата в качестве наблюдательного пункта для корректирования артиллерийской стрельбы. Нестеров добился в августе 1907 года временного прикомандирования к наблюдательной станции воздухоплавательного парка и в качестве артиллериста-наблюдателя неоднократно поднимался на аэростате. Пробные артиллерийские стрельбы с применением привязного аэростата превзошли все ожидания, и в сентябре 1907 года подпоручика Нестерова назначают преподавателем бригадной учебной команды. Кроме прочего, Нестеров всерьез занялся… слесарным делом. Дело в том, что на заре авиации большинство пилотов сами конструировали аэропланы и обслуживали их. Более того, в январе 1910 года Петру Николаевичу удалось добиться назначения по совместительству на должность начальника бригады слесарной мастерской. Вскоре солдаты, знающие толк в этом деле, стали восхищаться умением «их благородия» профессионально владеть любым инструментом. Грамотный, тактичный, общительный артиллерийский офицер Петр Нестеров быстро стал своим человеком и в узком кругу владивостокских воздухоплавателей.

Однако вскоре воздухоплавательную роту расформировали, и Нестеров был отозван в бригаду. В 1910 году не обладавший крепким здоровьем Петр Николаевич заболел и был переведен в Кавказскую резервную артиллерийскую бригаду "по климатическим условиям сроком на один год". Нестеров вспоминал: "Мое увлечение авиацией началось с 1910 года. Я поставил себе задачу построить такой аппарат, движения которого меньше всего зависели бы от окружающих условий и почти всецело подчинялись бы воле пилота… ". В июле-августе 1911 года, находясь в отпуске в родном Нижнем Новгороде, Петр Нестеров знакомится с учеником профессора Николая Жуковского – Петром Соколовым и вскоре становится членом Нижегородского общества воздухоплавания. В сарае Соколовых друзья построили планер. Мать Петра Николаевича поддержала увлечение сына и помогла сшить обшивку к планеру. Для испытаний выбрали поле и запустили планер с помощью лошади. В телеге сидел Соколов, держа веревку, привязанную к планеру. Лошадь разбежалась, и аппарат, набирая скорость, вместе с испытателем поднялся в воздух на 2-3 метра. "Нижегородский листок" 3 августа 1911 года отмечал, что "проба оказалась весьма удачной".

Этот полет считается началом летной деятельности Нестерова. Но все его попытки переучиться «на летчика» терпят крах – начальство не дает положительных резолюций на его рапорты. Нестеров делает отчаянный шаг – едет на квартиру к товарищу военного министра генералу от инфантерии Алексею Поливанову и 7 октября 1911 года поступает в Офицерскую воздухоплавательную школу в Петербурге.

Нестеров успешно окончил Офицерскую воздухоплавательную школу в Петербурге, летал на сферических аэростатах и добился зачисления в военно-авиационную школу в Гатчине. Свой первый самостоятельный вылет уже на самолете Нестеров осуществил 12 сентября 1912 года, а уже 28 сентября сдал экзамен на звание «пилота-авиатора». И наконец, 5 октября 1912 года на самолете-биплане «А.Фарман» сдает экзамен на звание военного летчика. В характеристике отмечалось, что «поручик П.Н. Нестеров закончил школу по первому разряду, требователен к себе, инициативен, решителен и, кроме того, имеет выдающиеся качества исследователя и экспериментатора».

А далее – Варшава, где с октября 1912-го по февраль 1913 года на Мокотовском аэродроме тренировался на самолете «Ньюпор-ІV», поскольку этот моноплан поступал на вооружение русской армии. Так, во время одного из полетов он набрал высоту 1600 метров (что уже было достижением) и, выключив мотор, кругами, восьмерками спланировал над Варшавой, чем "привел товарищей в трепет". Старые каноны пилотирования нарушались им неоднократно. Нестеровская система планирования с выключенным мотором и исключительное самообладание помогли ему 25 января 1913 года избежать гибели, когда во время очередного полета загорелся бензин в карбюраторе и мотор остановился.

В мае 1913-го Нестеров был назначен в авиационный отряд, формировавшийся в Киеве, с прикомандированием к 7-й воздухоплавательной роте. Началось его восхождение на Олимп мировой славы. В июне Нестерова переводят в 11-й корпусный отряд 3-й авиационной роты, которая базировалась на Сырецком аэродроме. Нестеров с семьей поселился на Печерске, на улице Московской, 5. Дом был гостеприимным – дважды в неделю там собиралось многочисленное общество, велись дискуссии об авиации, литературе, искусстве, звучали фортепьянная музыка и малороссийские песни.

Период жизни Нестерова в Киеве стал периодом чрезвычайно активного творчества в авиационном деле. Киев того времени справедливо считался выдающимся центром авиации. Киевское общество воздухоплавания возглавлял ученик Жуковского профессор КПИ Николай Делоне. В городе на Днепре начинали свою конструкторскую деятельность Георгий Адлер, Федор Андерс, Дмитрий Григорович, Василий Иордан, Константин Калинин, Александр Карпека, трое братьев Касьяненко – Евгений, Иван и Андрей, Александр Кудашев, Игорь Сикорский, Федор Терещенко. Вскоре и Нестеров становится активным членом Киевского общества воздухоплавания. Предвидя разноплановые возможности авиации на войне, Нестеров проводил интересные эксперименты, а именно – разведку, фотографирование и бомбардировку, воздушные бои, ночные полеты, предсказывалт необходимость воздушного боя и дальних перелетов.

А мир будоражили рекорды длительных перелетов. У Петра Николаевича созрела мысль совершить такой перелет в составе отряда без всякой подготовки в условиях, максимально приближенных к боевым. Он осуществил такой перелет 10-11 августа 1913 года по маршруту Киев–Остер–Нежин–Киев, а через несколько дней повторил его уже во главе группы из трех самолетов. Это был первый в мире групповой перелет строем, с четырьмя посадками на выбранных с воздуха, не подготовленных заранее площадках. На самолете Нестерова был также кинооператор Владимир Добржанский с камерой. Отснятый им 30-минутный фильм несколько дней с большим успехом демонстрировался в лучшем киевском кинотеатре Антона Шанцера на Крещатике, 38.

Все лето Нестеров тренировался в совершенствовании пилотирования, отрабатывал крутые виражи, готовясь осуществить вертикальный полет замкнутым кругом – так называемую «мертвую петлю». В исторический день – 27 августа (9 сентября) 1913 года, в 18 часов 10 минут, поручик Нестеров на новеньком самолете «Ньюпор-ІV» производства московского завода «Дукс», с двигателем мощностью 70 лошадиных сил, поднялся над Сырецким военным аэродромом и на глазах многочисленных зрителей впервые в мире выполнил знаменитую «мертвую петлю», которая со временем стала называться «петлей Нестерова». 


Макет самолета «Ньюпор», на котором Нестеров совершил «мёртвую петлю»

В доказательство того, что авиация не должна ограничивать себя полетами в пределах аэродромов, а должна летать куда хочет и когда хочет, Петр Николаевич уходит в новый, еще более сложный перелет. 1 марта 1914 года на самолете «Ньюпор-ІV» Нестеров с механиком Руденко за 3 часа 9 минут осуществил перелет Киев – Одесса, а через несколько дней – до Севастополя. 11 мая 1914 года на том же самолете с механиком унтер-офицером Геннадием Нелидовым он выполнил однодневный перелет с тремя посадками для заправки горючим по маршруту Киев – Петербург на расстояние 1250 верст! Трудно описать тот восторг, с которым газеты того времени описывали достижение Нестерова: за 18 часов (из них – 8 часов полета и 10 – на обслуживание самолета при посадках) он из Киева перелетел на родной Гатчинский аэродром.

Он практиковал взлеты и посадки в темноте, разрабатывал применение ацетиленового прожектора на монопланах для ведения ночной разведки, вынашивал идею о перестройке хвостового оперения в виде "ласточкина хвоста", мечтал выйти в отставку и целиком посвятить себя конструированию самолетов. Но в июне 1914 года началась Великая война…

…С началом войны 11-й авиаотряд прибыл в Радзивилов, а вскоре – в Жолкву. и разместился в имении барона Фридриха фон Розенталя, австрийского военного летчика. Нестеров и авиаторы его отряда осуществляли воздушную разведку. То же делал и барон: ежедневно его биплан «Альбатрос» появлялся над расположением штаба 3-й русской армии. Есть воспоминаниям свидетеля – поручика Виктора Соколова, служившего тогда вместе с Нестеровым, но по определенным причинам его рассказ был обнародован только в 1969 году.

Итак, вечером 25 августа 1914 года в вестибюле жолковского замка короля Яна Собеского, где тогда размещался штаб 3-й российской армии, генерал-квартирмейстер Михаил Бонч-Бруевич стал упрекать группу летчиков за безнаказанные полеты вражеского разведчика. Когда разговор приобрел характер препирательств и просто обвинений в трусости, штабс-капитан Нестеров дал слово чести, что прекратит полеты австрийца. На следующее утро «Альбатрос» появился в небе над Жолквой. Нестеров и поручик Александр Кованько поднялись на перехват и вдогонку, но при взлете оборвался трос с гирей, которым Петр надеялся сбить винт у «Альбатроса» и заставить его сесть. Нестеров с Кованько вернулись на землю. Нестеров приказал механику скорее отремонтировать двигатель, а сам сел в автомобиль и поехал в армейскую казну получить деньги для нужд 11-го отряда. Когда возвращался обратно, в воздухе опять появился самолет барона. Нестеров подъехал прямо к исправному «Морану», где стоял Кованько, и вскочил в самолет. Кованько хотел занять место наблюдателя. «Что же ты сделаешь, возьми хотя бы браунинг», – сказал Кованько. «Ничего, как-нибудь обойдусь», – бросил Нестеров и поднялся в воздух. Барон заметил приближение «Морана» и попробовал оторваться на своем тяжелом «Альбатросе». Но Нестеров догнал врага, зашел сзади и сверху и ударил австрийский самолет в хвост. Громоздкий "Альбатрос" еще продолжал некоторое время лететь, потом повалился на левый бок и упал. Упал и самолет Нестерова. Парашютов в то время у летчиков не было… 


Русские солдаты осматриваю место гибели Нестерова

…За воздушным боем напряженно наблюдали российские военнослужащие и крестьяне. Первыми к месту падения прибежали двое солдат, которые разули Нестерова, вытащили деньги, которые он перед этим получил, убрали его как покойника, сложив руки на груди. После этого мародеры исчезли. В карманах австрийского авиатора обнаружили личные документы, фотографию, на которой он изображен с красавицей-женой и двумя дочерьми. Так завершился 26 августа (8 сентября) 1914 года возле галицкого села Воля-Высоцкая неподалеку от Львова этот первый в мире воздушный таран...


Плакат Первой мировой войны о подвигах Нестерова

…Посмертно Нестеров был произведен в чин капитана и награжден орденом Св. Георгия 4-й степени. Гибель Нестерова произвела сильное впечатление на всю страну. Семье назначили самую высокую на то время пенсию – 1890 рублей в год. Вскоре друг детства Петра Николаевича Владимир Докучаев вступил в брак с Надеждой Нестеровой. Они прожили вместе двадцать лет, вырастив обоих детей Нестерова – Петра и Маргариту. Отважный пилот был погребен в Киеве как национальный герой. О его бессмертном подвиге писала не только русская, но и вся мировая пресса. Гроб с телом Петра Нестерова привезли в Киев. Проститься с героем пришли десятки тысяч киевлян. Его отпели в Никольском военном соборе на Печерске (стоял на теперешней Площадью Славы – Авт.) и с надлежащими военными почестями похоронили под деревянным крестом на Аскольдовой могиле.

Советская власть решила превратить в парк старинное аристократическое кладбище на Аскольдовой могиле, позволив родственникам перезахоронить останки близких. Некоторые перезахоронения осуществлялись за государственные средства. В 1938 году взялись перезахоронить и Нестерова. Крест на его могиле не сохранился, так что раскопали другую, где лежал офицер в сапогах. Старый киевский фотограф, помнивший, что авиатора хоронили необутым (Бонч-Бруевич писал, что Нестеров «не успел обуться»), настоял, чтобы поиски продолжили, ориентируясь на соседние памятники, зафиксированные на фотографии. Так был обнаружен гроб, в котором лежал офицер в... носках. Его похоронили на Лукьяновском гражданском кладбище.

Уже в 1914 году на месте его гибели в городе Жолква был сооружен монумент, а в 1951 году городок переименован в Нестеров. Позднее, в 1980 году, в этом городе построили мемориал памяти героя-авиатора. В Петербурге, где Нестеров учился в Гатчинской воздухоплавательной школе, его именем называется одна из улиц. На родине, в Нижнем Новгороде, летчику воздвигнут памятник, поставленный в самом красивом месте города – на Верхне-Волжской набережной. Память о Нестерове увековечили и в Киеве мемориальной доской на улице Московской, 5, в названии улицы – там, где когда-то был Сырецкий военный, а потом гражданский аэродром, и памятником возле входа в Киевский авиационный завода им. Антонова. На могиле героя также установлен памятник, а на поле возле села Воля-Высоцкая – памятный знак… 


Мемориальная доска в Киеве на улице Московской

Нестеров служил в авиации всего 4 года. Меньше года понадобилось ему, чтобы пройти путь от пилота, совершившего первый самостоятельный полет, до летчика, выполнившего первую в мире «мертвую петлю» и ставшего родоначальником высшего пилотажа… 


Могила Нестерова на Лукьяновском кладбище в Киеве

Игорь РОДИН, представитель РОВС в Киеве

Версия для печати



Счетчики