Она заверила, что при подготовке изменений в государственный бюджет на 2008 год правительство предусмотрело 500 млн. грн. в качестве дополнительных средств для закупок зерна в Аграрный фонд. Правда, изменения в бюджет еще даже не вынесены в парламент. А деньги селу нужны сейчас. Кредиты дорожают, цены на топливо ползут вверх, большая часть денег на уборочную добывается за счет форвардных контрактов с коммерсантами. При этом сеется то, что можно продать здесь и на экспорт без особых ограничений. Крестьяне, а тем более зернотрейдеры, хорошо помнят коллизию с квотами на экспортное зерно и продолжающуюся (несмотря на указ Президента) "непонятку" с подсолнечником.
В результате "королем полей" в Украине становится… рапс. Ситуация явно напоминает "кукурузную лихорадку" конца 50-х — начала 60-х годов прошлого века. Но тогда кукурузой засеяли все, что могли, по инициативе тогдашнего советского руководителя Никиты Хрущева. В отличие от "кукурузной", "рапсовая" лихорадка не внедряется "сверху" и поэтому имеет все шансы продлиться долгие годы, потеснив многие другие культуры.
Причины мы уже обозначили: рапс — идеальный экспортный продукт. Запрещать его вывоз из Украины никто не будет, потому что у нас он по большому счету никому не нужен. У нас нет ни мощностей по его переработке, ни традиции скармливать полученный в процессе производства биодизеля жмых скоту. Да и "перегонять" рапс в глицерин мы тоже не умеем.
В условиях дороговизны кормов для скота рапсовый жмых всегда будет востребован на внутреннем рынке. Пока же практически весь украинский рапс предназначается для экспорта, и переломить эту тенденцию сможет разве что установление определенной экспортной пошлины на семена рапса, подобно тому как "подняло" нашу масложировую отрасль наличие экспортной пошлины на семена подсолнечника.
Вместе с тем это основное сырье для производства биотоплива в мире, в особенности в странах ЕС. Спрос на него по мере реализации биотопливных программ будет с каждым годом расти, что делает эту культуру чрезвычайно привлекательной для украинских аграриев.
Более того, нужно напомнить, что рапс идет не только на биотопливо. Рапсовое масло — продукт вполне съедобный и все шире используется в пищевой промышленности развивающихся стран, особенно после резкого подорожания подсолнечного масла. И хотя рапсовое масло по сравнению с подсолнечным обладает несколько худшими вкусовыми качествами, оно значительно дешевле, и поэтому его все более активно используют производители маргарина, майонеза и других пищевых жиров. Особенно транснациональные компании, которые поставляют эти продукты в бедные страны.
Обратимся к статистике. В 2007 году из собранных 1,053 млн. т рапса более 80% было продано на внешнем рынке. Эта пропорция сохранится и в нынешнем сезоне: эксперты прогнозируют экспорт рапса на уровне 2 млн. т при урожае в 2,4 млн. т — то есть экспорт рапса из Украины увеличится более чем в два раза по сравнению с прошлым сезоном. На сегодняшний день это второй результат в мире. Таким образом, второй год подряд почти весь выращенный в Украине урожай рапса будет отправляться на экспорт (часть останется лишь на семена).
Успешные финансовые результаты экспорта рапса (а в этом почти нет сомнений) могут привести к нерациональному перераспределению площадей в пользу рапса в следующем сезоне. Тем более что, в отличие от многострадального подсолнечника, "желтый цветок" нетребователен к солнечному свету и теплу, прекрасно растет на увлажненных грунтах и самое главное — значительно меньше истощает почву.
В украинском Полесье природно-климатические условия вообще мало подходят для выращивания подсолнечника (урожаи здесь ниже, чем в степной зоне, невысоко и содержание масла в семенах). Урожаи зерновых в большинстве хозяйств севера Украины тоже традиционно небольшие. В то же время почвенно-климатические условия идеально подходят для рапса. Неудивительно, что данная культура уже в этом году начала серьезно теснить пшеницу и другие зерновые.
Спасти "хлебушек" может лишь повышение как экспортной, так и внутренней цены на него. Сейчас самый большой вопрос в том, что же будет с ценой на пшеницу. Правительство, обещая всяческую поддержку и государственные дотации (преимущественно на словах, так как деньги "закрыты на ключ" в Казначействе в рамках борьбы с инфляцией) аграриям, постоянно говорят "страшные слова" о положительном воздействии урожая на инфляцию и о снижении цен в связи с ожиданием рекордных итогов уборочной кампании.
Это может иметь для селян катастрофический эффект. По словам президента Украинской аграрной конфедерации Леонида Козаченко, в следующем маркетинговом году цена на продовольственную пшеницу вполне может опуститься до 800 грн./т, в то время как себестоимость уже превышает 1000 грн./т. Такого убытка они не имели давно.
Впрочем, другие эксперты утверждают, что "дешевой пшеницы" все же не будет, и в ближайшие месяцы рост цен на зерно возобновится, чему, кстати, способствуют биотопливные программы: часть зерна перерабатывается на биоэтанол.
Однако разница в настроении тех, кто по традиции засеял пшеницу с рожью, и тех, кто перешел на рапс, очевидна. Последние получили значительный доход в прошлом году и ожидают его в этом, что "вдохновляет" других аграриев увеличивать посевные площади под масличную "новинку". Это дает основания полагать, что статистика лукавит, и площадей, засеянных рапсом, гораздо больше, чем считается официально. В связи с этим надежды Юлии Владимировны на богатый урожай, который собьет цены, могут обернуться горьким разочарованием: хлеба много не будет, много будет рапса.
С другой стороны, опасаться известного нам парадокса, когда в урожайный год возникает дефицит зерна, не стоит. Во-первых, основной объем производства пшеницы у нас в стране дают южные степные области, где выращивание рапса не имеет большого смысла, так как его посевы страдают от засух. Грубо говоря, рапс в засушливых степях Украины — это как хрущевская кукуруза в Архангельской области. Так что аграрии Херсонщины или Запорожской области остаются верны пшенице. Вопрос лишь в том, сумеют ли они получить от нее прибыль.
Еще одним сдерживающим фактором для мыслящих латифундистов являются мировые тенденции. К счастью для нас, активно расширяются посевы рапса в соседних России и Беларуси. При этом, в отличие от "царицы полей" кукурузы, которую к северу от Орла можно выращивать разве что на корм, рапс прекрасно себя чувствует не только в центральных, но и в некоторых северных регионах РФ. И массовое внедрение его в севооборот здесь началось раньше, чем в Украине. В итоге для прежде хронически бедствующего российского Нечерноземья рапс может оказаться своеобразным золотым дном, что дает нам постоянного и сильного конкурента.
Не мешает также учесть, что основным рынком сбыта выращенной в Украине продукции в ближайшее время останутся страны ЕС. Но тамошние крестьяне тоже не дремлют, и в Европе происходит быстрое увеличение посевных площадей под этой культурой. Вполне возможно, через несколько лет европейцам удастся частично "насытить" рынок собственным рапсом. Не случайно украинские производители думают о расширении географии поставок, а трейдеры ведут переговоры о поставках рапса даже в Китай, где ввиду дефицита топливных ресурсов с одновременным увеличением автомобильного парка развиваются собственные биотопливные программы.
Наконец, вступление Украины в ВТО, вопреки прогнозам, может не самым лучшим образом сказаться на рапсе. Это мы живем сегодняшним днем, по принципу — что посеешь, то пожнешь, а что пожнешь, то продашь. Лидеры супердержав озабочены более глобальными вопросами, скажем, грядущего (скорее, даже очевидного) дефицита продовольствия на планете. Поэтому общемировая тенденция такова, что не нужно превращать посевные площади "в топливные баки".
Так, министр финансов Индии (для которой подорожание продовольствия стало "национальным бедствием", учитывая огромное количество бедных и вообще нищих в стране) уже назвал главной причиной продовольственного кризиса в мире рост производства биотоплива. Его поддержал премьер-министр Великобритании Гордон Браун, который сказал, что если исследования покажут, что производство биотоплива приведет к подорожанию продовольствия и будет вредить окружающей среде, он будет добиваться изменения целей Евросоюза, поставившего перед собой задачу к 2020-му заменить 10% традиционного топлива биотопливом. А в случае сокращения биотопливных программ спрос на рапс может снизиться. Но это случится еще не скоро…