Первый. Почему все-таки Блохин, а не бывший тренер "Милана" итальянец Дзакерони или хорват Блажевич, приведший национальную сборную своей страны к бронзовым медалям мирового первенства и чья кандидатура в очередной раз всплыла в качестве спасителя украинской нации? Или, например, почему не болгарин Пенев, который, несомненно, обладает необходимым "славянским менталитетом", о котором говорили руководители нашего футбола, не немец Топмеллер, руководивший леверкузенским "Байером" в его лучшие годы. Упоминался даже россиянин Олег Романцев, свозивший сборную России на последнее мировое первенство. Но это, вероятно, было бы неадекватно воспринято патриотично настроенными "мечтателями". Да и прагматично настроенными, думаю, тоже. Вместо всех них — заслуженных и "раскрученных" — выбор был сделан в пользу Олега Блохина. Тот в девяностых годах прошлого века перетренировал с разным и малопонятным для украинцев успехом целых четыре греческих клуба. И все.

Вопрос второй. Почему сначала шла речь о том, что назначение нового главного тренера состоится не ранее чем через месяц (заседание было запланировано на конец сентября), и вдруг оно происходит 18-го? Что за спешка? Неужели ближайшая октябрьская "тренировка с повышенной ответственностью" в товарищеском матче с македонской сборной требовала столь быстрого принятия решения? Но ведь быстрота, как известно из хрестоматийных примеров, нужна всего в двух случаях. Первый — при ловле блох, а второй несколько нелитературен... Вопрос третий: почему в момент принятия столь судьбоносного и, хочется верить, мучительного решения на заседании исполкома Федерации футбола Украины вместо 30 его членов присутствовали всего 11? Остальные голосовали по телефону. Никому ничего это из парламентской практики не напоминает? Неужели у остальных девятнадцати членов главной футбольной инстанции нашей страны в этот момент оказались более важные дела, чем назначение главного тренера сборной Украины? А может, решение о его проведении было принято столь быстро, что остальные просто не смогли бы вовремя добраться в Киев? Тогда зачем было так спешить? В любом случае это телефонное голосование как минимум настораживает. Но только до того момента, пока мы не вспомним, что у нашей национальной сборной всегда был свой путь. Особенный. Правда, шли в последнее время по нему мы все хуже и хуже, но ведь шли. И сначала нас никто не смел упрекнуть в отсутствии самоотдачи на этом пути. Только потом, вероятно, нам надоело бороться с трудностями, которые мы сами себе создавали, а затем пытались героически их преодолеть. При этом, кстати, до последнего надеясь, что кто-нибудь из наших соперников наделает таких же глупостей. Нас никто не смел упрекнуть и в отсутствии соответствующего идеологического наполнения этого пути: "Наша мечта — 2002", которая через два года превратилась в "Пусть знают все в Европе и мире, что наша цель — 2004". Теперь можно и очередной слоган сообразить. Например, "Наша цель — 2006! Олег Блохин у нас уже есть". Пусть не шибко складно, зато романтично. И народ у нас к его приходу был, оказывается, подготовлен. Эвона как по телеку некие болельщики перед матчем с испанцами уверяли, что только Блохин может возглавить нашу команду! Определенно что-то знали, черти. Даже еще действующего Буряка не постеснялись…

Конечно, во всей этой истории с назначением нового главного тренера сборной при большом желании можно отыскать много положительных моментов. Олег Владимирович действительно может считаться неукраинским специалистом. Хотя бы потому, что Блохин — единственный, кто еще не помечен неудачей в нашем футболе. И не беда, что это во многом благодаря тому, что он просто никого и никогда в Украине не тренировал. Еще потренирует. Главное, чтобы делал Олег Владимирович это по возможности так же гениально, как в свое время играл, и не менее гениально, чем потом ждал, когда его позовут в качестве тренера.

А мы, даст Бог и Блохин, через два года будем восторженно наблюдать, как Украину, наконец-то, "жеребят" на финальную часть чемпионата мира. И при этом, размазывая по щекам слезы умиления, думать о том, что все гениальное — это, действительно, так просто…